Теоретические и практические проблемы рассмотрения споров о приобретении доли в праве общей долевой собственности по давности владения

Рудов Михаил Викторович, доцент кафедры гражданского и корпоративного права Института управления в экономических, экологических и социальных системах Южного федерального университета (г. Таганрог).
В статье рассматриваются теоретические и практические проблемы приобретения доли в праве общей долевой собственности на основании приобретательной давности. Исследуются принципиальная возможность приобретения доли в праве общей долевой собственности по давности владения, а также специфика рассмотрения этой категории споров судами. Делается вывод о необходимости оптимизации толкования «добросовестное владение», данного в Постановлении высших судебных инстанций от 29 апреля 2010 года № 10/22.
Ключевые слова: давность владения, приобретательная давность, доля в праве общей долевой собственности, добросовестное владение.
Шеметова Н.Ю. Государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним: значение прав, возникших в некоторые промежутки времени // Имущественные отношения в Российской Федерации. 2014. № 10. С. 72 — 79.В практике применения гражданского законодательства все большее распространение получают дела, связанные с признанием права собственности, полученного по давности владения. Дела, разрешаемые на основании положений статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), достаточно разнообразны.
Однако, на наш взгляд, особый интерес представляет довольно обширная судебная практика, в рамках которой разрешаются дела о приобретении доли в праве долевой собственности на жилое помещение по давности владения.
Итоги осуществленного нами анализа доступной судебной практики в этой области позволяют заключить, что результаты конкретизации нормативных положений в судебных актах зачастую в значительной степени отличаются от буквального смысла, вложенного законодателем в положения статьи 234 ГК РФ, а также связанные с ней нормы ГК РФ. Несколько забегая вперед, даже можно утверждать, что для этого сегмента судебной практики характерна явно выраженная тенденция извращения базовых положений гражданского законодательства, в частности принципа добросовестности.
———————————
В целях исследования нами было изучено 86 судебных решений, принятых судами первой инстанции городов Москвы, Санкт-Петербурга, районными судами Ростовской области, Краснодарского, Ставропольского, Приморского и Пермского краев. Следует отметить, что, несмотря на довольно широкий круг изученных решений, их абсолютное большинство связано с требованиями о признании права собственности по приобретательной давности на долю в праве общей долевой собственности на недвижимое имущество (дома, квартиры или земельные участки). Судебные решения, в рамках которых рассматривались бы иски с названными основаниями по поводу движимого имущества, выявлены не были.
Обращаясь к анализу соответствующей судебной практики, следует констатировать, что, несмотря на достаточно большое количество обращений, суды крайне редко удовлетворяют этот вид исков. В объеме изученной совокупности судебных решений в 82 процентах случаев суды отказывали в удовлетворении исковых требований. В качестве аргументов, которые использовались судами для обоснования своих решений, выступали различные доводы. Наиболее популярным аргументом, в связи с которым отказывалось в удовлетворении исковых требований, в 35 процентах случаев было отсутствие признаков добросовестности владения истца. Менее распространенным, но тем не менее тоже активно эксплуатируемым был довод о том, что владение имуществом осуществлялось не как своим собственным — 24 процента случаев. Зачастую встречался и такой аргумент, как неистечение установленного законом срока давности владения, — 13 процентов решений. Отсутствие доказательств отказа ответчика от права собственности на принадлежащую ему долю как основание для отказа в удовлетворении соответствующих исковых требованиях использовалось в 8 процентах случаев. Отсутствие средств идентификации объекта недвижимости, находящегося в режиме общей долевой собственности, на долю в которой претендовал истец, выявлено в 5 процентах случаев. Ссылка на нахождение объекта в государственной и муниципальной собственности как обстоятельство, исключающее приобретение права собственности на долю в праве общей долевой собственности, использовалось судами в 11 процентах изученных решений. В 3 процентах случаев суды мотивировали отказ в удовлетворении исковых требований тем, что имущество, на долю в праве на которое претендует истец, находится в собственности.
Наконец, крайне редко, в 1 проценте из всех изученных решений, суды, отказывая в удовлетворении исковых требований, используя в качестве основных аргументов какие-либо из перечисленных, наиболее часто сочетая отсутствие признаков добросовестности во владении, владения имуществом как своим собственным и отсутствие доказательств отказа от права собственности, предпринимали попытки аргументировать свой отказ еще и тем, что имущество находится в общей долевой собственности. Суть этого аргумента довольно своеобразна, и в объеме изученных судебных решений он использовался только в тех случаях, когда количество долей на имущество в праве общей долевой собственности было более двух. То есть наряду с истцом, ответчиком в деле участвовали еще и другие владеющие сособственники, привлеченные в качестве третьих лиц без самостоятельных требований. Не вдаваясь в частности, суть этого довода заключается в том, что, раз имущество находится в долевой собственности, ее раздел не производился, поэтому считать, что долей ответчика пользовался только истец, оснований не имеется. При этом такой довод фигурирует в условиях того, что привлеченные в качестве третьих лиц владеющие сособственники соглашаются с заявленными исковыми требованиями и полагают их обоснованными.
Из приведенных данных становится очевидным, что суды вообще крайне скептически относятся к возможности применения этого основания приобретения права собственности к доле в праве общей долевой собственности.
Следует отметить, что в теории гражданского права нет однозначного ответа на вопрос о принципиальной невозможности применения этого основания приобретения права собственности в такой ситуации. В сущности, в этой сфере сформированы две точки зрения.
Согласно первой из них доля в праве общей долевой собственности по давности владения возникнуть не может. В свое время сторонником этой позиции с определенными оговорками являлся К.П. Победоносцев. Так, в рамках своего курса гражданского права он писал: «Когда и истец, и ответчик — оба владельцы в одном имуществе, и право каждого из них в сущности одно и то же, нераздельное, то не может быть речи о применении отдельно к одному, относительно другого — давности по владению и по свойствам и принадлежностям оного, кои неразрывно связаны с существом самого владения. Посему, например, давностью не может быть утверждено право или установлена обязанность одного из соучастников общего владения, относительно прочих соучастников, — оставаться в общем и нераздельном с ними владении, когда с существом общего владения соединяется право требовать раздела или выдела» .
———————————
Победоносцев К.П. Курс гражданского права. М.: Статут, 2002. Первая часть: Вотчинные права. С. 260.
Вместе с тем необходимо отметить, что взгляд К.П. Победоносцева на эту проблему не являлся столь уж однозначным. Судя по всему, приводимая точка зрения, если проводить аналогию с современным гражданским законодательством, касается прежде всего имущества, находящегося в общей совместной собственности, которая, как известно, характеризуется отсутствием определенности в соотношении долей, принадлежащих сособственникам .
———————————
Там же.
Применительно к имуществу, которое находится на праве общей долевой собственности, позиция названного автора, по-видимому, несколько иная, однако столь же последовательная. С точки зрения К.П. Победоносцева, отдельное владение частью целого может превратиться в собственность, когда эта часть имеет особенную хозяйственную целостность и допускает определенное владение .
———————————
Там же.
Таким образом, по мысли указанного автора, если часть владения может быть индивидуализирована в качестве отдельной вещи, то именно на эту часть как на самостоятельную вещь может быть установлено право собственности по давности владения.
По этому поводу весьма активно полемизировал И.Е. Энгельман, который полагал возможным применение давности владения к имуществу, находящемуся в общей собственности. Энгельман утверждал: «Где многие лица владеют таким имением сообща, так, что каждому принадлежит лишь мысленно определенная часть, там увеличение одних и уменьшение других идеальных частей общего имущества давностью владения может произойти, когда одни совладельцы присваивают себе более значительные части доходов, чем им по праву приходится; при молчании других присвоение давностью может обращаться в право» .
———————————
Энгельман И.Е. О давности по русскому гражданскому праву. М.: Статут, 2003. С. 341.
Среди современных специалистов рассматриваемую правовую возможность, по-видимому, допускает К.И. Скловский. Комментируя положения статьи 234 ГК РФ, он отмечает, что если по недействительной сделке приобретено право общей собственности (доля), то применяются правила, относящиеся к тому имуществу, которое находится в общей собственности.
Далее автор отмечает, что доля в уставном капитале хозяйственного общества не может быть приобретена по давности, так как не является вещью .
———————————
Скловский К.И. Применение гражданского законодательства о собственности и владении. Практические вопросы. М.: Статут, 2004. С. 71.
Отталкиваясь от приведенного контекста, полагаем возможным заключить, что К.И. Скловский допускает возможность приобретения права собственности по давности владения на долю в общей долевой собственности.
Обобщая две рассмотренные позиции, полагаем возможным сделать вывод о том, что в доктрине гражданского права все же нет принципиальных позиций, отрицающих возможность приобретения доли в праве общей долевой собственности по давности владения. Как нам представляется, соответствующие положения ГК РФ также не формируют для этого непреодолимых препятствий.
Прежде всего следует обратить внимание на то обстоятельство, что доля в праве общей долевой собственности — это абстрактная категория, отражающая вовлечение субъекта в специфические отношения собственности, особенностью которых является включение в эти же отношения и других субъектов, интересы которых при осуществлении отдельных правомочий, предоставляемых долей в праве общей долевой собственности, должны быть учтены. Нормативное описание доли в праве общей долевой собственности не оставляет сомнений, что названная правовая конструкция не является ограниченным вещным правом, производная сущность которого не позволяет ему возникать на основании такого первоначального способа приобретения права собственности, как приобретательная давность. Наконец, даже сугубо спекулятивные рассуждения, основанные на положениях пункта 4 статьи 244 ГК РФ, позволяют сделать вывод о том, что закон не содержит принципиальных запретов на приобретение по давности владения доли в праве общей долевой собственности как минимум на неделимые вещи .
———————————
Следует отметить, что для изученной судебной практики прежде всего характерны дела, в рамках которых истцы или заявители в первую очередь претендуют на долю в праве общей долевой собственности на неделимое имущество, жилые помещения.
Обобщение судебной практики в этой сфере позволяет определенным образом сгруппировать дела, в рамках которых рассматриваются требования о признании приобретения доли в праве общей долевой собственности на основании приобретательной давности.
Основой для разграничения является размер доли, на которую претендует истец. Размер этой доли может быть равен 1/2, меньше 1/2 или больше. Соответственно различается и количество ответчиков по делу.
В первом случае истец претендует на приобретение 1/2 доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение и в случае удовлетворения иска становится собственником всего жилого помещения, собственником 1/2 доли в котором он уже является изначально.
Если истец претендует на долю, размер которой меньше 1/2, то, соответственно, увеличивается количество ответчиков. Впрочем, в этом случае не исключена ситуация, когда ответчик будет один, а иск будет заявлен несколькими соистцами.
Наконец, претензии на долю, размер которой больше 1/2, создают предпосылки для генерации спора, в рамках которого будут рассмотрены требования к одному ответчику. В этой ситуации в случае удовлетворения иска истец станет собственником всего жилого помещения.
Как уже отмечалось, в целом в практике рассмотрения этой категории дел характерен отказ в удовлетворении исковых требований. Причем наиболее распространенным аргументом, который фигурирует практически во всех судебных решениях, является констатированная судом недобросовестность владения истца. В качестве вполне характерного примера такого подхода к разрешению этой категории дел приведем судебное решение, оставленное без изменения судом второй инстанции .
———————————
Решение Таганрогского городского суда Ростовской области по делу от 18 декабря 2013 года № 2-6546/13.
Сущность спора такова: истец является собственником 1/8 доли в праве общей долевой собственности на коммунальную квартиру. Помимо него, в качестве сособственников выступают еще четыре человека, два из которых, являясь членами семьи истца, имеют в собственности по 1/8 доли в указанной квартире, третий сособственник имеет в собственности 1/2 доли.
Между сособственниками сложился определенный порядок пользования коммунальной квартирой. Истец и члены его семьи, которым принадлежат по 1/8 доли, занимают три жилые комнаты. Другой сособственник, который имеет 1/2 доли в квартире, занимает две жилые комнаты. Помещения коридора и кухни находятся в общем пользовании.
Ответчиком по делу выступает четвертый сособственник, имеющий право на 1/8 долю в праве общей долевой собственности. К моменту предъявления иска истцом ответчик покинул жилое помещение более 15 лет назад в связи с распадом семейных отношений, впоследствии никогда в нем не появлялся, бремя собственности не нес, коммунальные услуги не оплачивал, меры по содержанию своего имущества не предпринимал.
В свою очередь, истец с момента ухода ответчика из жилого помещения в течение всего времени в полной мере содержит жилое помещение, оплачивает все платежи, регулярно выполняет ремонт.
В материалах дела отсутствуют доказательства, которые опровергали бы доказательства, представленные истцом, о том, что он открыто и непрерывно как своим собственным владеет жилыми помещениями, по поводу которых уже сложился определенный порядок пользования. Сособственники, помимо ответчика , привлеченные к участию в рассматриваемом деле, полагают, что требования истца должны быть удовлетворены.
———————————
Необходимо отметить, что ответчик в деле не участвовал, его интересы в порядке статьи 50 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представлял адвокат.
Тем не менее суд первой инстанции отказывает в удовлетворении исковых требований, обосновывая свою позицию следующими аргументами:
1) истцом в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлены суду доказательства, свидетельствующие об отказе ответчика от принадлежащей ему 1/8 доли в праве общей долевой собственности на квартиру;
2) поскольку истец знал о том, что спорная доля принадлежит ответчику, пользование истцом этой долей нельзя признать добросовестным и открытым владением , так как ему было известно об отсутствии оснований возникновения права собственности на часть жилого помещения.
———————————
Следует добавить, что в анализируемом деле отсутствовали какие бы то ни было доказательства, подтверждающие то, что истец скрывал факт своего владения. Вообще, следует отметить, что по такой категории дел наряду с доводом об отсутствии добросовестности суды достаточно активно используют аргумент об отсутствии открытости во владении, не приводя при этом какие бы то ни было обстоятельства, которые подтверждали бы факт сокрытия владения. Полагая, видимо, что, где владение недобросовестное, там и сокрытие владения фигурирует. Впрочем, иногда фигурируют попытки мотивировать свой вывод о том, что лицо пыталось скрыть факт владения. В частности, в одном из судебных решений суд посчитал, что признак открытости владения отсутствует, поскольку проживание истца в квартире на протяжении 15 лет после смерти ответчика нельзя признать добросовестным и открытым владением 1/2 доли ответчика в праве собственности на квартиру, так как истец не поставил государственные органы в лице Инспекции Федеральной налоговой службы № 4 Центрального административного округа города Москвы и Департамента жилищной политики и жилищного фонда города Москвы в известность о том, что ответчик умерла в 1995 году и он пользуется ее долей недвижимости (см.: Определение Московского городского суда от 4 апреля 2011 года по делу № 33-9183 // СПС «КонсультантПлюс»). Совершенно очевидно, что в указанном случае судебная интерпретация признака «открытость» не совпадает с буквальным содержанием этого термина, ориентирующим на соответствующее поведение его адресатов.
Суд второй инстанции решение суда первой инстанции оставил в силе, аргументировав свою позицию следующими положениями: «Порядок и случаи, в которых лицо может приобрести право собственности на имущество, содержится в статьях 225 и 234 ГК РФ, из содержания которых следует, что право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено как на бесхозяйное имущество, так и на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу. В последнем случае может быть признано добросовестным владение имуществом, имеющим собственника, когда лицо, владеющее таким имуществом, не знает и не может знать о незаконности своего владения, поскольку предполагает, что собственник от данного имущества отказался» .
———————————
Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 2 апреля 2014 года по делу № 33-4527/2014.
Помимо этого, суд второй инстанции дополнил свою аргументацию доводом следующего содержания: «Следует учитывать, что спорная квартира находится в долевой собственности, ее раздел не производился, поэтому оснований считать, что долей ответчика пользовался только истец, оснований не имеется» .
———————————
Там же.
Исходя из результатов изучения судебной практики следует отметить, что в подавляющем числе случаев отказа в удовлетворении исковых требований о признании права собственности по давности владения на долю в праве общей долевой собственности по мотиву отсутствия добросовестности суды обосновывали свой довод исключительно тем, что истец знал о том, что доля, на которую он претендует, принадлежит другому лицу.
Как нам представляется, это противоречит одному из сущностных аспектов такого основания приобретения права собственности, заложенного законодателем, — приобретение права собственности именно на чужое имущество .
———————————
Судя по содержанию пункта 3 статьи 218 ГК РФ, вторым аспектом этого основания возникновения права собственности является приобретение права собственности по давности владения на имущество, от которого собственник отказался.
В этом контексте весьма справедливым выглядит утверждение И.Э. Энгельмана о том, что хотя давность владения и является способом приобретения, но способом чрезвычайным, различающимся от обыкновенных способов приобретения не только тем, что переход права собственности совершается без воли и даже против воли собственника, но и тем, что завладение вещью может быть производимо действием, запрещенным даже под угрозой уголовного наказания .
———————————
Энгельман И.Е. О давности по русскому гражданскому праву. М.: Статут, 2003. С. 340.
В цивилистической доктрине в настоящее время представлено весьма обширное количество исследований, посвященных проблеме добросовестности лица, приобретающего имущество по давности владения. Необходимо отметить, что эта проблематика занимает умы не только современных ученых, к ней обращались и классики цивилистики. При этом, однако, следует помнить, что эта проблематика разрабатывалась ими не в прямой связи с приобретением права собственности по давности владения, а прежде всего касалась вопросов защиты интересов лица, приобретшего имущество у лица, не имеющего на это права.
Так, Ю. Барон определял добросовестность как основанное на извинительном заблуждении незнание материальных обстоятельств, препятствующих приобретению права .
———————————
Барон Ю. Система римского гражданского права: В 2-х книгах / Пер. Л. Петражицкого. М.: Издание московского юридического магазина А.Ф. Скорова, 1898. Вып. 2. Кн. III. С. 70.
Г. Даренбург полагал, что добросовестным владельцем признается только тот, кто, считая свое приобретение правомерным, основывается при этом на соображениях, ошибочность которых извинительна .
———————————
Даренбург Г. Пандекты. Вещное право / Пер. А. Блох, А. Гальперина, Д. Утнелова, К. Шнейдера. СПб., 1905. Том II. С. 67.
М.Ф. Лукьяненко, обобщив достаточно обширный объем научных точек зрения на эту проблему, для оценки владения как добросовестного предлагает исходить из наличия двух критериев, имеющих место на момент приобретения владения, — объективного (переход имущества во владение не в результате неправомерных действий приобретателя) и субъективного (незнание о неправомерности своих действий) .
———————————
Лукьяненко М.Ф. Добросовестность: закон и практика применения. Часть 1 // Право и политика. 2009. № 6. С. 134 — 135.
Мы полагаем возможным согласиться с таким подходом к оценке добросовестности владения.
Следует отметить, что весьма широкие возможности для произвольной интерпретации рассматриваемого элемента давностного владения предоставляют положения пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 22. Помимо прочего, в этом пункте указано, что давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии оснований возникновения у него права собственности.
Прежде всего обращает на себя внимание то, что в указанном определении резко сужен объем понятия «добросовестное владение» по сравнению с тем, как оно очерчено в рамках статьи 234 ГК РФ. Собственно, две высшие судебные инстанции в специфический контекст поместили критерии добросовестности субъекта, приобретающего имущество у неуправомоченного отчуждателя, отраженные в статье 302 ГК РФ.
Особенностью рассматриваемого основания возникновения права собственности как раз является то, что лицо владеет чужой вещью и знает об этом. Однако характер этого владения, требования к которому установлены законом, позволяют собственнику или другому титульному владельцу эффективно защитить свои интересы, возобновив свое законное владение. Собственно, в какой-то мере признание права собственности на «задавненное» имущество можно рассматривать в качестве некой поощрительной меры, применяемой к давностному владельцу. Обусловлено это тем, что он, во-первых, обеспечил сохранность имущества, нес бремя его содержания; во-вторых, создал условия для защиты интересов титульного владельца путем виндикационного или негаторного иска.
Приведенная нами трактовка понятия «добросовестное владение» фактически оставляет за рамками его объема поведение, которое прямо предусмотрено в качестве одного из правомочий, принадлежащих субъекту общей долевой собственности согласно пункту 1 статьи 247 ГК РФ, а именно владение. Субъект общей долевой собственности, если исходить из смысла статей 245 и 247 ГК РФ, имеет право владеть и пользоваться наравне с другими сособственниками всем имуществом, находящимся на этом правовом режиме.
Таким образом, правовая суть общей долевой собственности предопределяет добросовестность участников общей долевой собственности, осуществляющих владение таким имуществом в целом, в том случае, если кто-либо из сособственников в таком владении не участвует. Все эти обстоятельства, соответственно, предопределяют правовую возможность приобретения доли в праве общей долевой собственности по давности владения.
В заключение отметим, что в настоящее время актуализируется разработка определенных корректировок в существующее законодательство, а также в приведенную трактовку высшими судебными инстанциями понятия «добросовестное владение».
Как нам представляется, определенные изменения и дополнения должны быть внесены в статью 245 ГК РФ. Здесь, помимо указанного в абзаце 1 пункта 3 этой статьи основания увеличения доли в праве общей долевой собственности, должно фигурировать положение, которое предусматривало бы увеличение доли в том случае, если сособственник с соблюдением требований статьи 234 ГК РФ осуществлял владение общим имуществом при условии добровольного устранения кого-либо из сособственников от участия в общей долевой собственности.
Помимо этого, оптимизации подлежит толкование «добросовестное владение», данное в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 22. По нашему мнению, из этого толкования должны быть убраны акценты, характерные для трактовки добросовестности применительно к статье 302 ГК РФ, должно быть указано на правомерность владения. Вполне возможно, что новую трактовку необходимо будет увязать с отсутствием какого бы то ни было титула на владение.
Литература
1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая): Федеральный закон от 30 ноября 1994 года № 51-ФЗ.
2. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 14 ноября 2002 года № 138-ФЗ.
3. Барон Ю. Система римского гражданского права: В 2-х книгах / Пер. Л. Петражицкого. М.: Издание московского юридического магазина А.Ф. Скорова. 1898. Вып. 2. Кн. III.
4. Даренбург Г. Пандекты. Вещное право / Пер. А. Блох, А. Гальперина, Д. Утнелова, К. Шнейдера. СПб., 1905. Том II.
5. Лукьяненко М.Ф. Добросовестность: закон и практика применения. Часть 1 // Право и политика. 2009. № 6.
6. Победоносцев К.П. Курс гражданского права. М.: Статут, 2002. Первая часть: Вотчинные права.
7. Скловский К.И. Применение гражданского законодательства о собственности и владении. Практические вопросы. М.: Статут, 2004.
8. Энгельман И.Е. О давности по русскому гражданскому праву. М.: Статут, 2003.
9. Решение Таганрогского городского суда Ростовской области по делу от 18 декабря 2013 года № 2-6546/13.
10. Определение Московского городского суда от 4 апреля 2011 года по делу № 33-9183 // СПС «КонсультантПлюс».
11. Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 2 апреля 2014 года по делу № 33-4527/2014.
12. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 22 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2010. № 7.
Рудов М.В. Теоретические и практические проблемы рассмотрения споров о приобретении доли в праве общей долевой собственности по давности владения // Имущественные отношения в Российской Федерации. 2014. № 10. С. 88 — 95.

Posted in Наши риелторские услуги.