Недвижимость: проблемы включения в правовое поле

НЕДВИЖИМОСТЬ: ПРОБЛЕМЫ ВКЛЮЧЕНИЯ В ПРАВОВОЕ ПОЛЕ
Н.Ю. ШЕМЕТОВА
Шеметова Наталья Юрьевна, адвокат Адвокатской палаты Иркутской области (г. Иркутск).
Автор рассматривает соотношение фактического и юридического содержания термина «недвижимость», роль в гражданском обороте оформления прав, государственной регистрации недвижимого имущества и прав на него и иных форм закрепления прав на недвижимость в статусе недвижимого имущества. Анализирует историю и причины появления термина «недвижимость» и нормативные правовые акты российского законодательства, принятые в 1994 — 1998 годах. Делает вывод о том, что к настоящему времени недвижимость приобрела черты правового режима, однако соответствующая нормативная база недостаточно адекватна потребностям общества, а научная проработка рассмотренной тематики недостаточна.
Ключевые слова: содержание термина «недвижимость», трансформация прав на недвижимость, правовой режим недвижимости, закрепление прав на недвижимость, государственная регистрация прав на недвижимость, статус недвижимого имущества.
Недвижимое имущество относится к числу цивилистических объектов, регламентируемых наиболее тщательно в части как определения его правового статуса, так и порядка перехода прав на него (в том числе при отчуждении). Специфический правовой режим этого объекта обусловлен прежде всего его первичным характером по отношению к другим видам имущества, его ролью в качестве пространственно-операционного базиса для экономических отношений. «Эффективное функционирование большинства институтов рыночной экономики невозможно без участия тех или иных элементов рынка недвижимости» . По этой причине законодатель всегда стремился либо урегулировать отношения в этой сфере наиболее подробно, либо изымал недвижимые объекты из обычного хозяйственного оборота (целиком или только некоторые из них). Определенное значение для выделения недвижимости в самостоятельную группу недвижимых объектов имеет и большой срок их амортизации, а также значительная рыночная стоимость, которая не снижается с течением времени.
———————————
Копылова В.В. Рынок недвижимости и оценка недвижимости. Иркутск: Издательство ИГЭА, 1999. С. 7.
Фридман Дж., Ордуэй Н. Анализ и оценка приносящей доход недвижимости / Пер. с англ. М.: Дело ЛТД, 1995. С. 3.
Изначально термин «недвижимость» в законодательных памятниках не фигурирует: древний законодатель сначала оперирует терминами «земля», «строения» и т.д., не абстрагируясь от их физической сущности.
Необходимость в абстрактной регламентации возникает с развитием хозяйственного оборота, с появлением так называемых «иных» вещных прав на эти объекты и случаев возникновения коллизий между правами на землю и правами на объекты, расположенные на ней (например при строительстве здания на чужой земле и т.д.).
Определенную роль в формировании правовых институтов, так или иначе связанных с недвижимостью (прежде всего земельной), сыграла средневековая система земельных держаний: именно ей обязаны своим появлением классическая триада правомочий собственника и многие из современных вещных прав. Как это ни парадоксально звучит, но детализированность правовой регламентации оборота недвижимого имущества сама по себе еще не является показателем экономической свободы общества и уровня его правовой культуры. Зачастую она лишь отражает запутанные отношения не частноправового, а, скорее, публичного характера. Появление максимально абстрагированных правовых понятий (будь то недвижимость, владение или что-то иное) — результат длительной эволюции группы взаимосвязанных по содержанию и стабильных в части использования правовых институтов — свидетельствует лишь об унификации явлений, о придании им свойства всеобщности.
———————————
КонсультантПлюс: примечание.
Комментарий К.И. Скловского «Собственность в гражданском праве» включен в информационный банк согласно публикации — Статут, 2010 (5-е издание, переработанное).
Скловский К.И. Собственность в гражданском праве: Учебно-практическое пособие. 2-е изд. М.: Дело, 2000. С. 119.
Эволюция недвижимости как стабильной категории, под которой подразумевается группа объектов, обладающих однородными признаками, по нашему мнению, может быть рассмотрена следующим образом. Появившись как образная словесная категория, недвижимость постепенно оформляется в виде категории юридической, абстрагирующейся от своего буквального, физического смысла, то есть приобретает черты правового режима (в теории права под правовым режимом принято понимать «… социальный режим некоторого объекта, закрепленный правовыми нормами и обеспеченный совокупностью юридических средств» . Под социальным режимом, в свою очередь, понимают «относительно устойчивую взаимосвязь социального объекта с другими социальными объектами, обеспечивающую достижение некоторых целей» ).
———————————
Теория государства и права: Учебник / Под ред. С.С. Алексеева. М.: Юридическая литература, 1987. С. 345.
Термин «режим» в его общепринятом понимании означает «распорядок дел, действий, условия деятельности, работы, существования чего-нибудь» (см. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М.: АЗЪ, 1993. С. 696).
В качестве специфичного правового режима недвижимость была закреплена и в российском законодательстве прежде всего через нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ). Вторым по значимости документом в рассматриваемой сфере является Федеральный закон от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (далее — также Закон о регистрации прав).
Приоритет закрепления недвижимости как правовой категории над ее физической составляющей подтверждается и тем очевидным обстоятельством, что среди других недвижимых объектов законодатель в действовавшем в период написания настоящей работы законодательстве называл и некоторые транспортные средства, космические объекты и т.д.
В проекте первой части ГК РФ (ст. 130) более сдержанно формулируется статус этих объектов: «к воздушным и морским судам, судам внутреннего плавания, космическим объектам применяются правила о недвижимых вещах, если иное не установлено законом и не вытекает из существа указанных объектов гражданских прав», то есть в проекте ГК РФ эти объекты прямо не признаются недвижимыми, но на них распространяются правила о недвижимых вещах. Налицо своеобразное «движение» этих имущественных объектов (в цивилистике их иначе называли нетрадиционными объектами недвижимости) из единой с традиционными объектами недвижимости (земельными участками, домами и т.д.) группы в некую новую категорию объектов имущества, которые уже не признаются недвижимостью, но регламентироваться все еще могут нормами о недвижимом имуществе.
Представляется, что давно назрела необходимость выделять в законодательстве категорию регистрируемого имущества не по его физическим характеристикам (движимые — недвижимые), а по обязательности регистрировать права на него (переход прав) — с более сложной процедурой оформления и т.п. Фактически законодатель идет по этому пути. Думается, не случайно система учреждений по регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним перешла из сферы ведения Министерства юстиции Российской Федерации в компетенцию Министерства экономического развития Российской Федерации. Вероятно, это означает, что названные органы должны будут оказывать комплекс услуг по регистрации разнородных объектов собственности.
Законодательство о недвижимом имуществе изменяется, и в периоды реформ в нем выявляются аспекты правового регулирования этой категории имущества, которые в другое время выявить было бы невозможно. Подобно тому, как во время землетрясения поднимается земная кора, обнажая слои, которые до этого были не видны, так и происходящие в законодательстве изменения выявляют много проблем, заставляют задуматься над теми, которые в другом случае остались бы без внимания. К тому же изменения в законодательстве могут иметь долговременный эффект для правоприменения, даже если сами акты уже отменены.
Так, например, Постановлением Правительства Российской Федерации от 21 февраля 1998 года № 237 «Об установлении централизуемой доли средств, получаемых в виде платы за регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним и за предоставление информации о зарегистрированных правах» (далее — Постановление № 237) (действовало в период с момента вступления в силу Закона о регистрации прав вплоть до создания в регионах учреждений юстиции по регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним) было установлено, что «До создания в субъектах Российской Федерации учреждений юстиции по государственной регистрации прав централизуемая доля средств за регистрацию перечисляется: органами технической инвентаризации и жилищными органами — на счет Государственного комитета Российской Федерации по жилищной и строительной политике; на счет Государственного комитета Российской Федерации по земельным ресурсам — органами по земельным ресурсам и землеустройству; органами по управлению государственным и муниципальным имуществом — на счет Министерства государственного имущества Российской Федерации» (п. 2). По нашему мнению, из содержания этого документа не вполне ясно, какую именно регистрацию (прав, сделок или все-таки регистрацию самих объектов) на том историческом отрезке времени (до января 2000 года) имел в виду законодатель.
Вопрос далеко не праздный по причине отсутствия в тот период времени других государственных учреждений, которые занимались бы государственной регистрацией прав на недвижимое имущество и сделок с ним. Автор настоящей статьи неслучайно считает необходимым воспроизвести нормы этого документа, казалось бы, давно отмененного и вроде бы не имеющего практического значения в настоящее время. Рассматриваемый нормативный акт был принят с целью решить проблему, которая возникла после введения в действие Закона о регистрации прав. Разработчики проекта этого Закона изначально исходили из того, что момент его вступления в силу и границы времени на создание системы учреждений по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним не совпадут. Закон вступил в силу 31 января 1998 года, с 31 января 1998 года по 1 января 2000 года в субъектах Российской Федерации должны были быть созданы учреждения юстиции по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним. То есть образовался промежуток времени, в течение которого в регионах Российской Федерации, муниципальных образованиях такие учреждения еще не были созданы. При этом Закон уже действовал, а значит, все это время субъекты гражданского оборота обязаны были зарегистрировать свое право на недвижимое имущество, сделку с ним в соответствующем учреждении юстиции, но не могли это сделать по причине отсутствия таковых в их регионе, городе, районе. Возможно, для жителей столиц существование этой проблемы станет открытием, однако тысячи и тысячи граждан, особенно в отдаленных регионах, в тот период оказались в непростой ситуации. Упомянутое нами Постановление № 237 было принято, когда Закон о регистрации прав уже действовал. Принятие этого и других подзаконных актов преследовало цель разрешить образовавшуюся в законодательстве коллизию, разъяснить, какие учреждения должны были осуществлять регистрацию прав в переходном периоде. На практике эти функции осуществляли такие категории учреждений, как органы БТИ, земельные комитеты, комитеты по управлению имуществом (это наиболее распространенные названия учреждений, в регионах названия могли несколько отличаться).
Федеральный законодатель так и не ответил на вопросы:
— какова была правовая природа регистрации, которую осуществляли тогда эти организации?
— была ли осуществляемая ими регистрация государственной регистрацией прав в том смысле, как того требовал Федеральный закон «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним»?
С практической точки зрения этот вопрос разрешается судами более-менее определенно: суды признают сделки в отношении недвижимого имущества, заключенные в тот период времени, права, возникшие тогда, полноценными, если заинтересованными лицами (стороной в сделке купли-продажи, гражданами, приватизировавшими тогда жилье) была осуществлена регистрация этих сделок, прав в органах БТИ, земельных комитетах и т.д. (см. текст акта, приведенного ранее). Этого достаточно, чтобы признать жилье приватизированным, договор купли-продажи и произошедший на основании его переход прав совершенным. Намного сложнее решался этот вопрос для участников гражданского оборота, не обратившихся в то время в соответствующие организации (скажем, не зарегистрировали договор купли-продажи, удостоверенный нотариально, в БТИ, не смогли или не успели это сделать потому, что, например, один из участников сделки умер). По сей день в судах рассматривается множество дел относительно прав на недвижимое имущество, возникших в тот промежуток времени, заинтересованным лицам приходится доказывать законность своих прав на имущество, опираясь на действовавшие тогда законодательные акты (Постановление № 237 — один из них). Нормы принятых в то время актов судами могут толковаться по-разному, различаются и жизненные коллизии участников судебных процессов по таким спорам. Соответственно, исход каждого процесса зависит и от того, и от другого. В тот период были заключены тысячи договоров приватизации, тысячи других сделок, действовавшее тогда законодательство для их участников отнюдь не является отжившим артефактом, ведь от этого зависит, будут ли они иметь права на имущество.
Кроме того, автору не удалось найти в научной литературе даже попыток обсуждения вопроса, можно ли считать государственной регистрацией прав на недвижимое имущество и сделок с ним деятельность учреждений, существовавших в Москве и Санкт-Петербурге с 90-х годов XX века, в названиях которых как их функция упоминалась государственная регистрация прав, сделок с недвижимым имуществом. В других регионах подобные учреждения появились лишь после вступления в силу Закона о государственной регистрации прав, и с начала своей деятельности они руководствовались положениями этого Закона. Столичные же учреждения, надо полагать, создавались на основе норм первой части ГК РФ, предусмотревших государственную регистрацию еще в 1994 году. Других федеральных законов, регулирующих отношения по регистрации прав, в тот период не было. Какова была юридическая природа деятельности этих учреждений до вступления в силу Закона о государственной регистрации прав? Думается, сам факт существования норм ГК РФ является достаточным основанием считать осуществляемые ими действия регистрацией прав на недвижимое имущество, пусть и регионального уровня. Рассматривая тематику государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, часто приходится учитывать нормативную базу, которая существовала в интересующий нас период времени. Фактор времени действовавшего тогда законодательства способен серьезно повлиять на разрешение той или иной ситуации.
Рассматриваемой норме Постановления № 237 можно дать два толкования:
1) органы БТИ, земельные комитеты и т.д. в промежутке времени между вступлением в силу Закона о государственной регистрации прав и до создания в соответствующем субъекте Российской Федерации департамента по государственной регистрации осуществляли вместо него полномочия по регистрации (каким образом в таком случае эта норма влияет на толкование других положений Закона о государственной регистрации прав, будет рассмотрено далее);
2) законодатель на момент принятия Закона о государственной регистрации прав еще не вполне разграничивал регистрацию прав на недвижимые объекты и самих этих объектов. Последнее может свидетельствовать о том, что в современном российском законодательстве недвижимость еще только приобретает черты правового режима и принцип единообразия ее нормативного закрепления соблюдается не всегда последовательно.
Также существует мнение, что понимание недвижимости лишь в качестве особой правовой конструкции не охватывает всего многообразия ее проявлений в действительности, поскольку в этом случае «недвижимостью признается лишь имущество, на которое установлено право собственности и иные права. А для возникновения таких прав необходима соответствующая государственная регистрация» . Анализируя это суждение и комментарий к Закону о государственной регистрации прав [11], по моему мнению, можно выделить два момента: во-первых, автор критикует возникший к настоящему времени некоторый «перекос» в оценке недвижимости исключительно как правового института (последний, впрочем, во многом обусловлен существующей законодательной дефиницией); во-вторых, дана негативная оценка формалистического подхода к возникновению прав на недвижимое имущество (недвижимостью признается лишь то, что зарегистрировано в государственном реестре, и т.д.).
———————————
Козырь О.М. Недвижимость в новом Гражданском кодексе России // Гражданский кодекс России. Проблемы. Теория. Практика: Сборник памяти С.А. Хохлова / Ответственный редактор А.Л. Маковский. М., 1998. С. 271 — 297.
Действительно, недвижимость как явление правового плана изначально зависима от своей материальной природы, и нельзя не согласиться с автором работы [11], когда он говорит об имевшем место в 1922 году упразднении деления имущества на движимое и недвижимое: «Думается, с равным успехом можно было отменить деление суток на день и ночь. Подразделение вещей на движимые и недвижимые основано на естественных свойствах объектов гражданских прав» .
———————————
КонсультантПлюс: примечание.
Постатейный комментарий к Федеральному закону «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (под ред. П.В. Крашенинникова) включен в информационный банк согласно публикации — Спарк, 2001 (2-е издание, исправленное и дополненное).
Постатейный комментарий к Федеральному закону «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» / Под общ. ред. П.В. Крашенинникова. М.: Спарк, 1999. С. 18.
В отношении изложенного можно отметить следующее: нормативистски абсолютизированная оценка недвижимости разрывает связь с ее фактическим содержанием и приближает ее к категории юридических фикций, что допустимо как исключение и лишь в отношении явлений, которые либо объективно не могут быть установлены, либо не играют ключевой роли в законодательстве и касаются ограниченной сферы правоотношений. Сугубо теоретически можно предположить возможное обособление недвижимости как правового института, предельно абстрагированного от своей материальной основы (не только от связи с землей, но и от других основополагающих критериев), но на практике его возникновение в ближайшее время маловероятно (по крайней мере, при существующих темпах распространения технологий). Что же касается получившего распространение подхода, в соответствии с которым признание имущества недвижимым жестко связывается с его государственной регистрацией, то он автоматически исключает из правовой сферы многочисленные недостроенные здания, самовольные постройки и иные объекты, права на которые по тем или иным причинам не прошли государственную регистрацию (в том числе в силу прямого указания Закона о государственной регистрации прав). Законодатель ясно и точно разрешил этот вопрос в статье 219 ГК РФ. Уместно привести ее здесь полностью: «Право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации». Таким образом, презюмируется факт существования недвижимого имущества и до момента его официальной регистрации: регистрации подлежит уже имеющееся имущество, регистрация не создает его, а лишь служит возникновению на него права собственности .
———————————
В статье 222 ГК РФ указывается, в частности, что «самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом… (курсивным шрифтом выделено мной. — Н.Ш.)».
Как отмечает Е.Ю. Петров, «Если недвижимое имущество подлежит государственной регистрации, то алогично и противоречиво одновременно утверждать, что недвижимость возникает с момента государственной регистрации. Объективное явление предваряет появление юридической категории… При строительстве нового дома материалы уже специфицированы в новую вещь» (Петров Е.Ю. Понятие, признаки и виды недвижимости / В кн.: Цивилистические записки: Межвузовский сборник научных трудов. М.: Статут; Екатеринбург: Институт частного права, 2002. Вып. 2. С. 183 — 202).
Показательно также, что Гражданский кодекс (п. 1 ст. 130) относит к недвижимым вещам «… все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно…». И только в отношении нетрадиционных объектов недвижимости в качестве ключевого критерия для отнесения к недвижимым указана государственная регистрация («подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего водного плавания, космические объекты»). То обстоятельство, что законодатель не абсолютизирует действия по государственной регистрации, подтверждается в продолжении текста рассматриваемой статьи ГК РФ: «Законом к недвижимым может быть отнесено и другое имущество».
Иначе говоря, отнесение имущества к недвижимому — прерогатива законодателя, а для объектов, физически не относящихся к недвижимым, для признания их таковыми в юридическом смысле требуется два юридических факта: прямое указание об этом в законе и обязательность их последующей регистрации. Однако и в отношении этих объектов государственная регистрация как таковая не имеет абсолютизирующий характер — законодатель говорит: «подлежащие государственной регистрации», а не «зарегистрированные».
Также необходимо уточнить соотношение в законодательстве двух терминов «недвижимость» и «земля». Статья 130 ГК РФ и Закон о государственной регистрации прав относят к недвижимости земельные участки и все, что с ними связано, то есть понимают под недвижимостью не только строения, насаждения и прочее, но и собственно землю, что вполне оправданно и соответствует традиционному подходу. Однако в статьях 263, 264, 269, 271, 272, 274, 275 и 277 ГК РФ эти понятия используются не всегда последовательно: Кодекс оперирует термином «недвижимость», «недвижимое имущество» для обозначения зданий, сооружений, многолетних насаждений, то есть всех недвижимых объектов, кроме земли. Думается, что словесное совпадение двух несхожих явлений обусловлено невозможностью подобрать другой термин, который адекватно обозначал бы объекты, связанные с землей.
Суммируя изложенное, можно заключить, что к настоящему времени недвижимость приобрела черты специфического правового режима, пусть не всегда совершенного; однако сейчас факт его существования вряд ли кто-то станет оспаривать. Из средства для разрешения противоречий между интересами различных субъектов правовой режим недвижимого имущества трансформировался в механизм многофункционального назначения — механизм, предупреждающий такие столкновения в будущем, регламентирующий желательное для законодателя развитие правоотношений в настоящее время и сглаживающий противоречия, уже имеющиеся к моменту появления соответствующих норм.
При этом приходится признать, что сегодня исследуемая сфера освоена правом не в той степени, как это требуется по условиям гражданского оборота. Речь, конечно, не о количестве нормативных актов, а об их адекватности потребностям общества. Научная же исследованность рассматриваемой тематики также не может быть признана достаточной. Очевидно, что научный процесс объективно не может в кратчайшие сроки исследовать глубинные, сущностные проявления правовой природы недвижимости. Думается, очевидно, что и настоящая работа не преследует этой цели. Наша задача намного скромнее — обратить внимание исследователей на факт существования проблемы, необходимость ее научной разработки.
К настоящему времени недвижимость абстрагируется от буквального физического смысла и приобретает черты правового режима. Более того, на дальнейшую перспективу можно предположить, что недвижимость как правовой институт, абстрагированный от своей материальной основы, возможен в будущем. Здесь можно отметить и, вероятно, начинающийся в современном законодательстве процесс формирования недвижимости как правового института, отделяющегося от «почвы» (во всех смыслах этого слова) и получающего самостоятельное развитие . При этом не исключено, что его содержание будет отличаться от конструкций земельного права, хотя определенное сходство, безусловно, останется.
———————————
Подробнее см., например:
Волков Г.А., Голиченков А.К., Козырь О.М. Комментарий к Земельному кодексу РФ. М.: Издательство «БЕК», 2002. С. 113 — 121;
Александров А.А. Особенности правового режима недвижимости в гражданском праве России (начало XX века и современность) // Вестник Московского университета. Серия 11: Право. 1996. № 6. С. 104 — 105.
Литература
1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая): Федеральный закон от 30 ноября 1994 года № 51-ФЗ: в редакции Федерального закона от 22 июля 2008 года № 141-ФЗ (с изменениями, внесенными Федеральным законом от 24 июля 2008 года № 161-ФЗ) // Собрание законодательства Российской Федерации, 1994, № 32, ст. 3301.
2. О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации: Федеральный закон от 30 ноября 1994 года № 52-ФЗ: в редакции Федерального закона от 1 декабря 2007 года № 310-ФЗ) // Собрание законодательства Российской Федерации, 1994, № 32, ст. 3302.
3. О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним: Федеральный закон от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ: в редакции Федерального закона № 141-ФЗ от 22 июля 2008 года // Собрание законодательства Российской Федерации, 1997, № 30, ст. 3594.
4. Об установлении централизуемой доли средств, получаемых в виде платы за регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним и за предоставление информации о зарегистрированных правах: Постановление Правительства Российской Федерации от 21 февраля 1998 года № 237. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».
5. Александров А.А. Особенности правового режима недвижимости в гражданском праве России (начало XX века и современность) // Вестник Московского университета. Серия 11: Право. 1996. № 6.
6. Волков Г.А., Голиченков А.К., Козырь О.М. Комментарий к Земельному кодексу РФ. М.: Издательство «БЕК», 2002.
7. Козырь О.М. Недвижимость в новом Гражданском кодексе России // Гражданский кодекс России. Проблемы. Теория. Практика: Сборник памяти С.А. Хохлова / Ответственный редактор А.Л. Маковский. М., 1998.
8. Копылова В.В. Рынок недвижимости и оценка недвижимости. Иркутск: Издательство ИГЭА, 1999.
9. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М.: АЗЪ, 1993.
10. Петров Е.Ю. Понятие, признаки и виды недвижимости / В кн.: Цивилистические записки: Межвузовский сборник научных трудов. М.: Статут; Екатеринбург: Институт частного права, 2002. Вып. 2.
КонсультантПлюс: примечание.
Постатейный комментарий к Федеральному закону «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (под ред. П.В. Крашенинникова) включен в информационный банк согласно публикации — Спарк, 2001 (2-е издание, исправленное и дополненное).
11. Постатейный комментарий к Федеральному закону «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» / Под общ. ред. П.В. Крашенинникова. М.: Спарк, 1999.
КонсультантПлюс: примечание.
Комментарий К.И. Скловского «Собственность в гражданском праве» включен в информационный банк согласно публикации — Статут, 2010 (5-е издание, переработанное).
12. Скловский К.И. Собственность в гражданском праве: Учебно-практическое пособие. 2-е изд. М.: Дело, 2000.
13. Теория государства и права: Учебник / Под ред. С.С. Алексеева. М.: Юридическая литература, 1987.
14. Фридман Дж., Ордуэй Н. Анализ и оценка приносящей доход недвижимости / Пер. с англ. М.: Дело ЛТД, 1995.
Шеметова Н.Ю. Недвижимость: проблемы включения в правовое поле // Имущественные отношения в Российской Федерации. 2014. № 9. С. 72 — 79.

Posted in Наши риелторские услуги.